Оттенки Незримых Вещей

... Ты пробудилась и преобразила
Вседневный человеческий словарь,
И речь по горло полнозвучной силой
Наполнилась, и слово ты  раскрыло
Свой новый смысл и означало: царь.

На свете все преобразилось, даже
Простые вещи - таз, кувшин, - когда
Стояла между нами, как на страже,
Слоистая и твердая вода.

Нас повело неведомо куда.
Пред нами расступались, как миражи,
Построенные чудом города,
Сама ложилась мята нам под ноги,
И птицам с нами было по дороге,
И рыбы поднимались по реке,
И небо развернулось перед нами...

Земля ярится. Цветущие сады и дворы под дождём пахнут куражно-обескураживающе. Запахи наперебой, толпами и столбами.  Дымами. Детством всех поколений.  Дровяниками, торфяниками, вениками, эниками, бениками с давними варениками…  Всё, что было, да быльём поросло, прорастает из-под этого былья.  :)

Выступали сегодня в Автозаводском парке. Народу полно, самого разновозростного. День солнечный, концерт яркий, красочный - танцы-песни. "Позитиф" - устроители так себя называют, и не зря.  А вот "Браво!" кричали только мне, - за стихи - не очень простые, и не очень в формате...
Это Автозавод земной, и Автозавод небесный...

На выступление брала с собой трудовую книжку моей мамы - первая запись в ней сделана осенью 41 года. "Горьковский ордена Ленина автозавод им. Молотова". Моя мама принадлежала к поколению, которое со школьной скамьи шагнуло в войну. Она, например, пошла на завод именно потому, что это было нужно для фронта, для победы. "Всё - для фронта, всё - для победы". Так - победили. И лишь когда победа была уже обеспечена, пошла в вуз, куда путь ей был изначально определен - училась отлично, и стала учителем. А большинство её ровесников, мальчиков выпуска 41 года - погибли на фронте. Цена. Всё - для победы.

«... Мы вам всё бы рассказали, нету хуже той беды –

Умываемся слезами, не расходуем воды…»

...
Я и сейчас в грядущих временах,
Как мальчик, привстаю на стременах.

Мне моего бессмертия довольно,
Чтоб кровь моя из века в век текла.
За верный угол ровного тепла
Я жизнью заплатил бы своевольно,
Когда б её летучая игла
Меня, как нить, по свету не вела.

ДАЖДЬ

Сварга разверзлась, раскрылась и хлынула,

Хляби и светы на землю низринула,

Кровь позвала к небесам!

Творче, не вычерпать, сил твоих, недр твоих, -

Творче, ты ведаешь сам!

Вежды раскрой, и невеждам достанется, -

Стронется, сдвинется, сладится, станется! –

Творче, ты ведаешь сам!

Дважды и трижды, и ждущему – многажды -

Даждь!  Радости, благости жаждущим –

Даждь!  - Ждущим, идущим, отважным, неважным -

Даждь…

Всё, что взрастает – зови к небесам!

Творче! – ты ведаешь сам!

... Что было раньше птицей,
Теперь лежит написанной страницей;
Мысль некогда была простым цветком;
Поэма шествовала медленным быком;
А то, что было мною, то, быть может,
Опять растёт и мир растений множит.
Вот так, с трудом пытаясь развивать
Как бы клубок какой-то сложной пряжи,
Вдруг и увидишь то, что должно называть
Бессмертием.  ...

Только что возвращалась из Москвы в "Буревестнике".  В купе, на моей стороне сидели молодая мама с дочкой Машей трёх с половиной лет. Они все пять часов пути находились в активном диалоге - малышка непрерывно обращалась к маме, и они обе купались в лучах собственного света. Голос молодой мамы ни разу - ни разу! не был повышен, ни разу в нём не прозвучало раздражение, хотя несколько раз, спокойно и настойчиво прозвучали слова "не надо так делать", "нельзя громко смеяться", - ты не одна",  "шуметь неприлично", то есть запреты, безусловно, существовали. Но - сколько вариантов предложений возникало у мамы на каждый - только зарождавшийся! каприз - от каприза через две секунды не оставалось и следа, его смывала тёплая волна материнского голоса и новых радужных - иногда сказочных, иногда вполне реальных смыслов. Какими разными принцессами побывала Маша, а какой черепахой - в маминой кофте с капюшоном! Сколько они успели проиграть вместе, прочитать, раскрасить, обсудить! Девочка ни минуты не была в покое, - такой возраст, и она все время была окружена лаской материнского голоса. В самом начале пути в дверях появилась девочка-ровесница, которая много раз звала нашу Машу играть в коридор вагона. Та уходила очень ненадолго, и возвращалась: ей гораздо интереснее было общаться с мамой. Усталая мама, - она явно была очень утомлена, что никах не сказывалась на стиле и тоне общения, - успела подремать несколько минут, и в эти минуты трёхлетняя Маша говорила своей подружке: "Тише. Тише!".  
Маша делала всё, что она хочет, все её желания встречались с радостью, - и было восхитительно ясно - все желания ребёнка можно легко направить в доброе русло. Это продолжалось пять часов.
Напротив нас сидели:  девушка, дама лет семидесяти и молодой мужчина. Мы ни разу не решились нарушить это зрелище, этот великий урок какой-либо своей репликой - так это было прекрасно.
Только один раз, в конце пути, когда Маша повисла на поручне вагоного окна в коридоре, пожилая дама дрогнула - "она же может упасть..." "Не упадёт, - сказала мама, - она крепко держится, а если упадёт, то я её поцелую, да, Маша? - что я сделаю?" - "Поцелуешь", - сказала Маша, и, конечно же, - не упала. А снова пришла к маме.

Так мы приехали в Нижний, и когда уходили, я пожелала им счастливого пути и... огромный респект... то есть спасибо.
За всех. За всё. За светлый путь.

Вот приехала домой - и думаю... - на всех моих путях - ангелы. Господи, какое счастье.    
 

Пригласила подругу на очередную акцию Drama_talk в "Безухов".  В русле проекта "Еда и культура". На "молодёжную" пьесу, которую читал-"показывал" - в роли режиссёра - актёр Лев Харламов, которого я всегда очень уважала и ценила.
Ушли оттуда, не досмотрев и половины - из-за чудовищного потока мата. Кромешного. Обрушенного, в том числе и на детей. Оля Лукинова, куратор проекта, любезно попросила перед началом "курить поменьше, чем обычно, потому что в зале много детей". 
Незнание диагноза "копролалия" не освобождает от последствий этого заболевания. 
Подруга Люба сказала коротко: "Ни еды, ни культуры".

"... Инновационный потенциал у региона - просто сногсшибательный. А вот об инновационных результатах этого пока сказать, к сожалению, нельзя.

Региональный венчурный фонд проинвестировал в инновационные проекты всего 450 млн. рублей. Для такого региона это - почти ничего. В вузах Нижегородской области удалось обнаружить «целых» 17 малых инновационных предприятий. Иными словами, научных разработок – море. До рынка не доходит почти ничего. Инновационная экономика в регионе находится в зачаточном состоянии.

Вместе с тем, у меня сложилось впечатление, что губернатор области Валерий Шанцев эту проблему видит и понимает, как ее решать. А я знаю, что такое Шанцев, который нацелен на решение задачи.

Если регион всерьез возьмется за создание инновационной экономики, через 2-3 года здесь будет не семнадцать, а семьсот малых инновационных предприятий. (выделено мной. МК). А из них вырастет 100 средних и десяток крупных.  

(Ну, тут заходит разговор
про естественный отбор.
Что естественный отбор -
кто не пойман, тот не вор!

Если очень захотеть -
можно в небо улететь! ... МК)

Со своей стороны мы в Роснано точно готовы стать для Нижнего Новгорода настоящим партнером. Об этом мы с Валерием Шанцевым договорились в прошлую пятницу, 20 апреля, в Нижегородском Кремле, где открывается потрясающий вид на стрелку – место впадения Оки в Волгу. "

Вот это правда. Вид - чудесный.